Вступив в Интернациональный Союз писателей, вы сможете:

По вопросам вступления в Союз писателей звоните:

Бобровская Лия Равильевна, 8 (991) 117-39-87
ответственный секретарь приёмной комиссии ИСП.

Получать наши новости по электронной почте:

Введите ваш email:

Член Интернационального Союза писателей:

Молодовская Валентина Петровна

dsc05407

Молодовская Валентина Петровна, 20 января 1952 года рождения.

Моя семья – выходцы из Польши и Украины. Родители мои были вывезены из Житомирской области ещё детьми летом 1936 года, поскольку их отцы и матери оказались в числе  так называемых «неблагонадёжных» (поляки и немцы).  По правилам того времени они подлежали вынужденному переселению по национальному признаку. Высылка состоялась в голую степь Казахстана, куда переселенцы прибыли обозами на волах и лошадях. До сих пор с генетически заинтересованным удивлением люблю рассматривать картину Айвазовского «Чумаки в Малороссии».  Только на картине обоз с товаром на продажу, а моим дедам вот также пришлось тащиться тысячи километров, будучи  отверженными властью. Но они выжили в новой земле! И украсили её своим трудом. И заставили плодоносить ту степь, что пустовала  веками. А потом они уходили из своих вновь созданных казахстанских сёл на войну, а позже – поднимали там целину. И это уже была новая, созданная ими веха в истории той страны, на которую они за неимением  времени и сил не держали зла.

В юности я как-то спросила свою бабушку, — разве не осталось у них, у вынужденных  переселенцев,  обид на власть, которая сорвала их с благодатных мест и заставила всё начинать сначала? Она мне ответила фразой, мудрость которой может постичь только человек  жизнетворящий,  не лелеющий зла:

— Не помню никаких обид, некогда было. Знай — работай, земли  полно и вся она в твоих руках! А в поле идем, —  песни поем. Жили трудно, а душа всё равно радости хотела.

Конечно, современный человек и более разборчив, и более критичен, и нашел бы способ сопротивляться властям. Ведь не случайно в начале перестройки многие потомки этих переселенцев рванули в места, «где глубже», — в ту же Германию или в Польшу. Но я благодарна судьбе за то, что я выросла в тех местах, где деды мои и  родители «из ничего» создавали благодатные края, крепкие хозяйства, хорошие дороги и города. Где в почете был труд,  и незыблемой ценностью являлась взаимовыручка и поддержка, где позорным было жить за чужой счет, где ценилась живая красота и душевность,  а понятие гламура отсутствовало в природе вообще. Там  мама к 1 сентября шила школьные фартучки не только своим четырем дочерям, но и — совершенно естественно — соседским девочкам. Там сосед дядя Лёня налавливал карасей не только для своей семьи, но и ещё на пол улицы. Там отец после работы загружал в свой мотоцикл с коляской всю гурьбу ребятни, которая тусовалась в нашем дворе, и вёз нас купаться  на озеро…

Я окончила десятилетку в Казахстане. Школа была огромная, — больше  тысячи  учеников. В нашем классе – 36. И русские,  и украинцы,  и корейцы,  и молдаване,  и поляки,  и немцы,  и греки. И казахи, конечно же. Но как-то нам и в голову не приходило спрашивать национальность друг друга. Мы делились совсем по другому принципу,- кому и  что по душе. Кто больше любит математику, кто историю,  кто тяготеет к физике, кто — к  литературе. Я обожала всё! Горевала, если вдруг не меня первой вызовет к доске наш удивительный математик Александр Яковлевич  Матюхин. На ходу сочиняла завиральные тексты на немецком, которые совсем не относились к теме урока, но за свободное владение языком поощрялись нашей «немкой» Людмилой Ивановной Зелентин.  Я обижалась на нашу «химичку» за то, что никак мне не удавалось постижение валентности элементов, в её предмете я так и не смогла уловить логики. Я радовалась факультативу по  физике, где Пётр Фёдорович Проскурин поручил мне вырезать из пенопласта форму карты СССР  и соорудить для неё  электрическую цепь  с лампочками  от фонарика. Я их заставила-таки загораться поочерёдно, согласно графику ввода в строй  электростанций Плана ГОЭЛРО! Впрочем, как «бегает» электрический заряд по проводам я тогда всё равно никак не могла понять,- приняла, как данность! Зато я хорошо знала, как пишутся стихи и проза! Мои первые стихи были обнародованы, когда мне было всего 9 лет, я их сочинила в честь полета Гагарина в космос. Слова «простой советский парень» очень легко рифмовались с «фамилией Гагарин»! И этот опыт  был таким убедительным для меня, что классу к 8-му у меня уже была целая тетрадь стихов, а потом две…  И даже повесть свою пыталась отправить классе в шестом на конкурс журнала «Юность». Пролетела! Что я могла написать о войне в свои 13 лет, зная о ней из учебников, да из рассказов соседа дяди Вани Пономарёва? Отец мой побывал на фронте, но это случилось с ним уже на исходе войны, а буквально через пару недель он отбыл в тыл по ранению.

Выбрать после школы журналистику было таким естественным для девочки, мечтавшей о жизни с  блокнотом  и ручкой в руках!  Но с первого раза поступить в университет не получилось. Что в общем-то и не было удивительным:  почти столичный университет, Уральский, а я – школьница из казахской глубинки.  И главное, — со  школьной скамьи на журфак попадали единицы, приоритет был у стажистов. Так судьба подарила мне один  год  работы редактором районного радиовещания. И это был прекрасный год и хороший опыт. И появилась у меня ещё бОльшая уверенность в моём профессиональном  выборе.

А через год я  поступила!  Училась легко, привозила с практик массу публикаций и впечатлений от встреч и событий. Окончила  факультет с хорошим дипломом и с наградами, пусть и студенческого «калибра». Но наши «золотые» и «серебряные» студенческие перья нас необыкновенно вдохновляли! Пришла после Уральского университета в городскую газету вполне подготовленным специалистом  в освещении проблем экономики, промышленности, сельского хозяйства, строительства, транспорта, энергетики, внедрения новых форм хозяйствования. Основной жанр – проблемная корреспонденция и социально-экономический очерк. Как хобби – ночные творческие бдения и  художественно-публицистическая проза с тематикой, далёкой от производства, но близкой к судьбам и взаимоотношениям людей, к истории края, к драматическим страницам её истории. Появлялись в итоге серии очерков, после которых – звонки, отклики, читательский неподдельный интерес.

Между делом – ведение литературной странички в газете, куда посылали свои опусы трактористы и строители, металлурги  и энергетики. Как бы ни были слабы их попытки рифмовать слова, я не отказывала им в публикации. Я помнила ту мягкую в общем-то, но по-детски болезненно мною воспринятую  отповедь, которую я получила после своей попытки участвовать в конкурсе журнала «Юность».  Поэтому я понимала доверившихся мне авторов. Я правила их  тексты и  даже бывало, переписывала их заново, я просила их «убавить» или «прибавить», но  текст в итоге выходил в свет, и фамилия автора стояла напечатанными буквами  под ним. В этом была и протянутая автору рука, и поддержка его уверенности в себе, и стимул для него – творить. Человек творящий не разрушает! Я исходила из этого.  Разве это мало для меня, как представителя созидающей профессии?! И потому меня мало беспокоили собственные регалии и отличия. К «раздаче слонов» никогда не спешила, хотя имеются за творческий труд и медали и именные премии, — имени П.П. Бажова, например, за серию очерков о событиях, относящихся к периоду наступления Колчаковских войск на Урале. Член Союза журналистов с 1978 года.

В городской газете «Красное знамя» я много лет работала заведующей  отделом экономики, и много лет – заведующей отделом партийной жизни города. В самом начале 1987 года была избрана секретарём горкома КПСС по идеологии и вскоре же – Первым секретарём городской партийной организации. Это был естественный «рост», поскольку за плечами уже и второе высшее образование, и многолетняя работа председателем горкома профсоюза работников культуры на общественных началах (хотя численность моих тринадцати профсоюзных организаций давала возможность работать штатно). Была и многолетняя работа зам.предом Комитета народного контроля, и руководство первичной парторганизацией, и депутатский опыт. Кто-то улыбнётся сейчас, мол, о чём говорит! Но вся эта работа, и в том числе в руководстве городской партийной организацией, это такой жизненный опыт и такое богатство общения, которое не каждому дарит судьба. И это воспитание души, если хотите. Ведь её, и в первую очередь её, на подобной работе должно хватать на всех и на всё. Я не оправдываюсь сейчас, хоть и не заношусь. Я просто говорю о том, что делала в те свои партийные годы всё, что было в моих силах, для моего края, для конкретных людей, с которыми каждый день — глаза в глаза.  Кабинетным функционером я не была, никаких «благ» в процессе той работы не приобрела  и о них не думала. И может быть, потому никогда не стыдилась и не стыжусь этих страниц своей биографии. И с удовольствием встречаюсь с людьми из той моей жизни.

После запрета деятельности КПСС вернуться к профессии журналиста я не могла. Продажность прессы зашкаливала. А это совсем не по моему характеру. Работала замдиректора по внешней экономике на крупном заводе, который в прежние времена и помыслить не мог о выходе на мировой рынок. Вывела и горжусь. Завод выстоял, не растерял свой уникальный профессиональный состав даже в самые провальные годы кризиса девяностых. Производство не вставало, людей не выбрасывали на улицу, были заказы из-за рубежа там, где не стало заказов «оборонки» или внутреннего рынка. Завод с уникальным производством и сейчас жив, — один из немногих в отрасли.

В какой-то момент мне захотелось работы поближе к дому.  Сын рос, семья устала от моих разъездов и командировок. Я попытала себя в частном бизнесе. Получалось. Но не мое это! Душа оставалась и остаётся там – в журналистике, в писательстве, в поэзии. Черновиков и недописанных «поэз» накопилось столько, что жизни не хватит дописать. А из души  льются и льются  новые строчки. Как вода из кувшина. Вот и пишу.

Выпустила книгу «Продолжение следует». Это сага об огромной заслуженной  семье с её ветвями и ответвлениями, с описанием судеб особенно ярких её членов. Потом издала большую и красивую книгу «Точка возврата».  Это книга о моих сокурсниках (они и мои соавторы), об их  творческих и профессиональных судьбах, о выпускниках факультета журналистики образца 1975 года. Получился  этакий срез российского общества и в то же время профессиональный срез, а в целом – собирательный образ поколения семидесятых, о котором мало  пока написано, но которому пришлось пережить многое, — от разбитых идеалов до больших  разочарований и потом – собирания себя в кулак… Не для того, чтобы выжить, а для того, чтобы продолжать служить стране и людям.

Начала приводить в порядок свои поэтические попытки. То, что публиковалось в периодической печати, кануло в Лету. Такова судьба периодики. Коллекционировать это было некогда. Выпустила книжку стихов «Письма о любви», уже довольно длительное время сотрудничаю с альманахом «Российский колокол»,  с журналом «Автограф», англо-язычным журналом «Russian Bell», где публикуются  подборки моих стихов, а также эссе и публицистика. Публиковалась в коллективных сборниках «Современная поэзия» и «Новые имена в литературе». Недавно вышла в свет моя англо-язычная книжка «Happy Note» в рамках международного конкурса Набокова. За публикации в «Автографе»  я — дважды дипломантка международного конкурса Экзюпери. Награждена Грамотой ИСП «За весомый вклад в развитие литературы». В 2017 году начала издавать  собственный альманах «ЖУРАВЛИ» (журналисты в литературе и в профессии) (Екатеринбург). Моей  задачей в этом издании считаю — предоставить возможность творческим людям бесплатно дать свет своему таланту. Продолжаю писать сама. В ближайшее время непременно сдам в печать очередной поэтический сборник на русском языке. В каждое издание — вкладываю всё своё сердце. Надеюсь, что не зря.

Вернуться в раздел Члены Союза