Вступив в Интернациональный Союз писателей, вы сможете:

По вопросам вступления в Союз писателей звоните:

Бобровская Лия Равильевна, 8 499-430-00-89 доб. (101)
ответственный секретарь приёмной комиссии ИСП.

Получать наши новости по электронной почте:

Введите ваш email:

Писатель не должен быть одинок

кругосветов
На фестивале литературной фантастики «Аэлита» собрались писатели, драматурги, поэты,
одним словом, единомышленники по творчеству. Мы поговорили с российским писателем,
ученым и изобретателем Львом Яковлевичем Лапкиным о книгах, писательстве и людях.
Литературный мир знает нашего героя под псевдонимом Саша Кругосветов.
Согласны ли вы с мнением о том, что профессию писателя не выбирают? Что она
сама набрасывается на человека, и он уже не может не писать?
– У всех, наверное, по-разному. Я писал всю жизнь, но не думал, что когда-нибудь стану
писателем. Писал веселые тексты для студенческой самодеятельности, ездили по колхозам
с концертами, там тоже писал, какие-то были и более серьезные «записки». Но я считал, что
это просто период жизни такой. Следующий этап писательства начался случайно. В 90-е
годы трудно было выживать, я занимался бизнесом, дома бывал мало, а у меня рос
шестилетний сын. Чтобы уделять время ребенку, стал читать ему сказки на ночь. Но
поскольку он был мальчиком начитанным, то требовал, чтобы сказки я придумывал сам. Я
рассказывал ему о знаменитом капитане Александре, русском мореплавателе. Каждую ночь
требовалась новая сказка, и однажды мы решили эти сказки записать. Где-то в 2010-2011
годах, когда сын уже вырос, мы с женой разбирали старые гаджеты, нашли эту маленькую
кассетку. Так появилась первая книжка. А потом я вошел во вкус и стал писать дальше.
Сейчас я пишу не только детские, но и взрослые произведения, и публицистикой занимаюсь.
Лев Яковлевич, какую главную мысль вы хотите донести до читателя в своих
произведениях?
– Главная философская мысль всегда заложена глубоко, за героями, сюжетом, формой. Но
если говорить о главной теме, то для меня это свобода человека. В каких случаях он
свободен от общества, может ли он стать таким или это невозможно? В каком-то смысле эта
тема и в детских книгах видна, потому что капитан Александр – настоящий свободный
человек.
Если вы всегда писали, то и читали, наверное, постоянно?
– Разные периоды были, в 90-е годы некогда было особо читать, нужно было выживать. Я
работал круглые сутки. Двухтысячные, пожалуй, у меня тоже выпали. Вообще я был
культурным парнем, типичный шестидесятник, у меня много друзей было среди актеров,
писателей, поэтов. Я и математиком работал, и инженером, по специальности, но на
определенных отрезках времени мне удавалось совмещать работу и творчество. Я старался
следить за культурной жизнью, знал новинки театра и кино, литературы, читал журналы
«Юность», «Новый мир».
Как понять, хорошая книга в руках или нет?
– Это для себя каждый решит сам. У профессионала один взгляд – он увидит, насколько
владеет словом писатель, насколько он оригинально подал сюжет, героев, передал ли он
чувства. А у обычного читателя все проще – его книжка либо взволновала, либо нет. Вот так
создается земная слава. Но она так же легко и уходит, к сожалению. Все знают, какие
приемы в литературе есть. Все знают, как ими пользоваться, но одному удается
взволновать читателя, а другому – нет. Это и есть талант либо его отсутствие.
Что вас сформировало как писателя?
– Я думаю, что я как писатель еще окончательно не сформировался, я в пути. Но я
чувствую, куда должен идти… Я вижу, что каждую новую книжку пишу все более уверенно,
более мастерски, хотя ни про одну не могу сказать, что она плохая. Мне кажется, у меня все
книги хорошие. Но в последних произведениях мне удалось какие-то свои недостатки изжить
и написать более профессионально.

А каких иноязычных авторов вы посоветовали бы прочесть?
– Язык западной литературы напрямую зависит от переводчиков, и они у нас хорошие. Могу
назвать некоторых авторов, которых редко называют обычно. Из американской литературы
я бы отметил Амброза Бирса, который был основателем многих американских направлений.
А из Южной Америки – Борхеса, Кортасара.
– Сейчас мы обычно читаем бестселлеры, либо книги из серии «100 главных книг», то
есть классику. А как найти хорошие книги современников?
– Некоторые на слуху: Сорокин, Пелевин, например. Это модные авторы. Обычно что-то
интересное передается на хвосте у сороки. Кто-то что-то сказал, вы посмотрели новую
фамилию – неинтересно, а в другой раз другого автора нашли – зацепило. Литературный
мир огромен, и это хорошо. Человек, который что-то ищет, может в нем спокойно находить
то, что он для себя еще не узнал.
На один из вопросов в предыдущих интервью вы ответили, что стараетесь жить в
гармонии с людьми и природой. Это как?
– Если вокруг тебя много проблем, то в первую очередь надо подумать, что ты сам что-то не
так делаешь. Надо окружать себя теми людьми, с которыми тебе хорошо и которым хорошо
с тобой. С остальными нужно расстаться.
Каким вы видите своего читателя?
– Я хотел бы писать для широкой аудитории, но, к сожалению, это сложно, поэтому я своего
основного читателя вижу образованным человеком. Некоторые вещи я пишу достаточно
просто; «Прогулки по луне», например – эта книга для более широкого читателя. Наверное,
мой читатель – это состоявшийся в плане личности человек. Хотя могу сказать, что многие
мои записки о Петербурге, о путешествиях с удовольствием покупают и читают студенты.
Там много лирики, много о любви к природе, о бывшем Советским Союзе, потому что я
много где бывал.
Если я верно поняла, то писательство, литературу вы сейчас воспринимаете как
свою работу…
– Да, это моя основная деятельность сейчас.
Получается, вы не ждете подходящего момента, творческого порыва, вдохновения,
чтобы сесть и начать писать. Вам не нужна какая-то особая творческая обстановка?
– Нет. Писать я себя не заставляю. Я занимаюсь этим с огромным удовольствием. Мне
довольно много лет, поэтому я чувствую, что моя основная «миссия» на сегодня – изложить
на бумаге все, что накопилось во мне за долгую жизнь. У меня есть планы на ближайшие
пять-шесть книг.
А как вы пишете? Утром встали, позавтракали, сели писать? Или ночью что-то
приснилось – вскочили, пошли записывать?
– Я печатаю не очень быстро, а пишу куда быстрее. Вот у меня, скажем, есть идея, я могу
написать полкниги и остановиться; ну, я чувствую, что дальше не идет, линии не стыкуются,
логика куда-то пропала и так далее. Тогда я не пишу. Читаю что-то на эту тему, смотрю
фильмы, хожу, думаю и жду, когда все это отработает моя подкорка. И в один прекрасный
момент я утром просыпаюсь, и раз – мне все ясно. Я сажусь писать. Могу подряд
двенадцать-четырнадцать часов писать, несколько дней могу сидеть, могу пару недель
каждый день работать. Я занимаюсь этим с удовольствием.

Ваше мнение относительно такого фестиваля, как «Аэлита»?
– Мне кажется, литераторы должны бороться за то, что им дорого. Сейчас трудные времена
и для литературы, и для литераторов. Я отдаю должное одному из руководителей
«Аэлиты» Борису Долинго, который все-таки держится за эту идею, Александру Гриценко,
который помогает в реализации этой идеи. Пускай такие фестивали живут. Они хороши и
для начинающих писателей, и для опытных – они приезжают сюда и чувствуют, что все-таки
их дело живет. Должно быть общение внутри писательского сообщества, потому что
писатель не должен быть один.

Анна Семилетова

Поделиться новостью в социальных сетях:

Подписка на новости:

Читатели @inwriter
Подписка через почту

Введите ваш email: